«Я играл против Венесуэлы два раза. В Каракасе мы выиграли 7:0, а в Росарио — 11:0. Восемнадцать мячей в 2-ух матчах. И сейчас я вижу, как мы изо всех сил пытаемся просто выиграть у Венесуэлы… У нас что-то очевидно не так».

Маэстро Сесар Луис Менотти встревожен, и есть отчего быть встревоженным. Несколько последних лет аргентинский футбол живёт в неизменном финомене. Тренерская школа страны — самая влиятельная в мире, она порождает всё новых и новых адептов в различных странах; высококачественных футболистов академии выплёвывают массами; один из 2-ух неоспоримо наилучших игроков современности — тоже аргентинец, но при всем этом сборная страны так и не может достигнуть фуррора даже на континентальном турнире уже более 20 5 лет.

И даже больше: для каждого из последних 6 тренеров сборной наличие в составе Месси становилось в некий момент (а время от времени — с самого начала) неувязкой. «Сейчас мы не окончили поиск того, что будет лучше для нас сейчас. Либо что наилучшим образом поможет Лео, ведь у нас есть наилучший в мире игрок, а мы не знаем, как извлечь из этого преимущества», — эти слова Нико Тальяфико весной обошли все мировые СМИ только из-за их заголовочности. Смотрите, дескать, сами аргентинцы признают, что не могут совладать с Месси. Все же, принципиальна и другая часть цитаты Тальяфико, которую приводили уже еще пореже.

«Мы пережили два величавых шага в нашем футболе с Менотти и Билардо, которые показали два различных метода осознания футбола. На данный момент нам необходимо отыскать идею либо тренера, который принудит нас осознать подход, который он прививает, и принесёт порядок, в каком мы нуждаемся», — гласил заступник «Аякса», уже выходивший на поле с капитанской повязкой в сборной. Во всей цитате есть несколько принципиальных моментов. Во-1-х, Тальяфико сначала разъясняет тот факт, что сборная до сего времени переживает противоборство меноттистов и билардистов — все пробы отыскать некий компромисс завершаются провалом, поэтому и чувство пожизненного перепутья, на котором стоит государственная команда. Во-2-х, воздействие Месси на сборную всё же отчасти противопоставляет его команде — вот главное из того, что признаёт заступник: «Надо отыскать, что лучше для нас либо для Месси». Хорхе Сампаоли может почти все поведать об этом. Прошлый главный тренер сборной так и не нашёл, как играть с Лео на поле. Камикадзе-футбол, который завлекал и давал итог в других командах Сампаоли, строился в том числе и на том, что каждый был должен успевать отработать в обороне после утраты — вне зависимости от позиции. С первого денька Сампаоли приходилось выдумывать, как высвободить Месси от обороны, что мгновенно нарушало концепт. Отыскать другое решение тренер не смог — хотя перепробовал всё. И тут есть главный принципиальный момент. Спор меноттистов и билардистов — это противоборство полных догматиков, он привел к тому, что каждый тренер в Аргентине неописуемо уверен в своем концепте футбола. Даже во вред командному порядку аргентинские тренеры готовы жёстко настаивать на модели игры, которую они считают правильной — вот на что намекает Тальяфико.

И он знает, о чём гласит. Нико избрал «Аякс» в качестве места продолжения карьеры сначала так как после окончания карьеры желает стать тренером — он признавался, что для этого находил клуб с своей философией, отличающейся от аргентинской.

За время в «Аяксе» Тальяфико удостоверился в том, что слепое следование концепту может идти в ущерб — так он поучаствовал в опыте Эрика тен Хага, отказавшегося от нескончаемых амстердамских 4-3-3. «Аяксу» оказался нужен чужак тен Хаг, чтоб сделать рывок вперёд. Может быть, чтоб сборная Аргентины разрешила делему сборной, при живом Месси ей тоже нужен тренер-чужак; местные очень заперты снутри концепта. Единственный за всю историю зарубежный тренер работал со сборной Аргентины в одна тыща девятьсот 30 четыре году.